Я родился и вырос в славном городе Зеленоград. Окончил Российскую академию народного хозяйства при президенте РФ. Работал в различных структурах — от РЖД и «Сбербанка» до собственного бизнеса. С 2019 года работаю в «Научно-исследовательном институте приборов» госкорпорации «Росатом».

В добровольческое движение попал около трех лет назад. Заинтересовать меня удалось Артему Метелеву, за что ему большое спасибо! Сейчас он председатель Совета ассоциации волонтерских центров России. Я активно участвую в различных социальных акциях и мероприятиях, которые организуются волонтерским движением. Когда в стране были объявлены выходные и одновременно с этим стартовала всероссийская акция взаимопомощи «Мы вместе», я понял, что не могу сидеть на месте сложа руки. Отправил заявку и прошел обучение на сайте проекта. Со мной связался координатор «Волонтеры-медики» и пригласил работать вместе с ребятами в больницу. Ежедневно здесь работают около 15 волонтеров. Все — образованные, совместно с медиками работают специалисты из разных структур и все они прекрасно знают, что нужно делать, и ответственно подходят к своей работе.

О своих обязанностях в больнице

В мои обязанности входит проверка медицинских карт пациентов, уже выписанных из больницы. Я вношу информацию о лабораторных исследованиях, которые были проведены, и врачи ожидают их результата. Также собираю информацию о контактах вновь поступивших пациентов — какие места посещали, с кем общались. Это делается для выявления очага заболеваемости.

Связываюсь с пациентом и опрашиваю его. Если он недавно прилетел в Москву, то обязательно нужно выяснить номер рейса и место в самолете, с кем находился за границей, где работает или учится. Определяется его ближайшее окружение, кто проживает с ним. Дальше мы собираем информацию о состоявшихся контактах в Москве — встречи, такси из аэропорта. По приложениям выясняем, кто был водителем, какая машина, во сколько они выехали. То есть полностью собираем информацию о передвижении человека за последнее время, будь то спортзал, поликлиники, МФЦ, магазины или аптеки. Полностью, детально и скрупулезно нужно проработать все возможные взаимосвязи пациента с внешним миром. Собранную анкету мы передаем в штаб, который начинает принимать меры, взаимодействует с людьми и организациями, с которыми контактировал заболевший. Объем работы огромный. Я приезжаю в больницу к 8 часам утра, а уезжаю в 11 часов вечера.

Атмосфера в больнице спокойная, хотя в воздухе немного чувствуется какое-то напряжение, потому что никто не знает, как будут развиваться события в дальнейшем. Но на сегодняшний день каждый из медиков готов к любому развитию событий. Никакой паники нет, все работают как единый организм. Ресурсов для оказания помощи пациентам достаточно. Больница оснащена по последнему слову техники, средств индивидуальной защиты хватает, тест-систем достаточно. Сегодня я, например, прошел первый тест на COVID-19. Результаты экспресс-анализа обычно приходят в течение трех часов. Но поскольку сегодня был большой объем тестируемых, нам результаты сообщат уже, наверное, завтра.

Проблем с размещением пациентов нет. Мест хватает. Питание в больнице прекрасное. Врачи, которые сутками находятся на дежурстве, имеют возможность в любой момент времени выпить чашку горячего чая. Есть компании, которые на добровольных началах готовят и поставляют еду для медиков, чтобы их подбодрить. Я считаю, это очень круто.

О пациентах

Здесь находятся абсолютно разные люди, всех возрастов и социального положения. Есть пациенты с высоким уровнем дохода, объездившие полмира. Они вернулись из зарубежной поездки и привезли с собой этот вирус. Есть люди, которые заболели по собственной беспечности. Я наткнулся на историю, когда внук фактически загубил свою бабушку. Он ходил в синагогу, зная, что там уже несколько подтвержденных случаев COVID-19 и несколько под подозрением. В один прекрасный день внук сходил в магазин за продуктами для дедушки и бабушки, принес их домой, через две недели бабушка умерла от пневмонии. А еще через несколько дней у внука и дедушки подтвердили COVID-19.

Еще один случай. Обычная московская семья из трех человек, живущая в спальном районе. Отец — инвалид. 24 марта он с дочерью едет на личном автомобиле в бюро медико-социальной экспертизы, чтобы подтвердить инвалидность и получить льготу на жилищно-коммунальные услуги. После этого они едут в МФЦ, затем возвращаются домой. До этого их социальные связи были очень ограничены — семья ни с кем не общалась, ни с кем не виделась. Дочь — предприниматель. Она всегда находилась в отдельном арендуемом помещении, из ее друзей никто в последнее время не был за границей. Ее путь всегда был один: из дома на работу и с работы домой. 27 марта она почувствовала недомогание, температура повысилась до 37,5 градусов. 28 марта в больницу увозят ее мать с температурой 39 градусов. 29 марта с подозрением на COVID-19 увозят и отца. Дочери делают тест, и она остается на домашнем лечении с легкой формой коронавируса. Люди никуда не ходили, ничего не трогали, нигде не путешествовали, но при этом заразились и у всех троих подтвержденный COVID-19.

Есть люди, которые препятствуют нам в поиске контактных лиц. Мы с таким сталкивались, когда у девушки двое молодых людей, а у парня — любовница и он просит ничего не рассказывать его жене. Это очень смешно и забавно. А есть люди, которые говорят: «Я вам обязан, что ли? Вы кто вообще такие? Я что — в суде?» За последние пару дней было несколько случаев, когда люди вообще отказывались говорить, где они были и с кем. Человек социально безответственный. Он не понимает угрозу, которую он несет. Наверное, сотрудники специальных служб все это выяснят и выявят, но хотелось бы, чтобы люди не препятствовали в получении этой информации и сообщали как можно более подробную картину о том, где ты был и что ты делал. И только так можно будет досконально проанализировать и защитить максимальное количество людей от возможных угроз.

Есть еще одна категория — они просто нагло врут. И это не единичные случаи. Например, человек летал весной в Мадрид, вернулся в Москву. А когда мы его опрашивали, он говорил — сидел дома, ходил с друзьями в бильярд. Было и наоборот: человек ездил на поезде в Воронеж к бабушке, а сказал, что ездил в Чехию пить пиво. К некоторым нашим гражданам до сих пор не пришло понимание ответственности за свои действия, понимание того, что этот вирус очень «липкий» и очень опасный для людей. Важно, чтобы люди начали осознавать, что они ответственны не только за себя и свою жизнь, но и за жизнь своих коллег, людей, которые были с ними в одном магазине или отеле. Люди боятся, что если мы выясним, с кем они общались, то начнутся проблемы на работе, с соседями. Да, это вирус. Но это не значит, что если мы узнаем полную картину передвижения этого человека, то начнем препарировать всех его знакомых, а его как-то опозорят на работе. Нет. Это обычное мероприятие, которое направлено на снижение количества зараженных. Ничего ужасного, никакого общественного порицания за то, что ты заболел, не будет. Наоборот, чем больше вы будете содействовать врачам, тем быстрее мы положим конец этой эпидемии.

В больнице в Коммунарке было несколько человек из Зеленограда, которых проверяли в связи с поездками за границу. Но у них коронавирус не подтвердился.

О соблюдении мер личной безопасности

Пациентов и их родственников мы опрашиваем как по телефону, так и при личном контакте в отделении. Во втором случае всегда используются средства индивидуальной защиты. Мы переодеваемся в переходе между чистой и грязной зонами. Надеваем на себя белый костюм, очки — все то, что вы могли видеть в новостных сюжетах, когда в больницу приезжал президент России Владимир Путин. Мы обеспечены масками. Они всегда есть в наличии. Никаких проблем с этим нет. Антисептики на каждом углу — на входе, на выходе, в каждом кабинете, на каждом столе.

Любимая жена и ребенок живут в отдельной квартире. Родители живут отдельно от нас. Дедушка и бабушка живут за городом. Я живу в Москве в отдельной квартире. Между больницей и домом передвигаюсь на личной машине. Можно сказать, на данный момент я полностью самоизолировался. Единственные мои контакты — это люди в больнице. Никакого взаимодействия в магазинах, с внешним миром у меня нет. На автозаправки приезжаю только в ночное время, когда они уже закрыты. Оплачиваю бензин через стекло своим телефоном, а за «пистолет» берусь только в перчатках.

На основной работе мои стремления поддерживают. У корпорации есть курс на добровольчество. Руководство компании всецело одобряет мою деятельность. Они все переживают за меня. Это меня подбадривает, поддерживает, и я стараюсь не упасть в грязь лицом. И когда закончу свою работу в больнице, сделаю тест на коронавирус, пробуду в самоизоляции дома, сделаю повторный тест и только после этого выйду на работу. Это мое личное решение несмотря на то, что в больнице нас будут тестировать регулярно.

О помощи другим больницам

Безусловно, потребность в волонтерах есть. Нужны люди с медицинским образованием либо студенты колледжей и медицинских вузов. Но они нужны не только в Коммунарке. По всей Москве открываются новые стационары. Все желающие помочь могут зарегистрироваться на портале «Мы вместе», пройти обучение и после этого обсудить с координатором свое дальнейшее направление.

Записал Марат Мухаев. Фотографии Владислава Щукина